Перейти к содержимому


Фотография

Новая инвестиционная стратегия: Готовимся к концу света.


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В этой теме нет ответов

#1 Николай Степенко

Николай Степенко

    Активный участник

  • Главные администраторы
  • PipPipPip
  • 9 440 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Холон
  • Интересы:трейдинг, биржа, обучение трейдингу, технический анализ, фундаментальный анализ, велосипед, море, путешествия

Отправлено 05 Июль 2011 - 19:15

A New Investment Strategy: Preparing for End Times
«New York Times», AZAM AHMED, On Thursday June 30, 2011, 3:20 pm EDT
Новая инвестиционная стратегия: Готовимся к концу света.
«Нью-Йорк Таймс», Ахмед Азам, четверг 30 июня 2011

Investment professionals have a new pitch: The sky could soon be falling.
While Greece took a step back from the brink on Wednesday, the possibility of a default remains a fear. Europe's debt crisis, as well as natural disasters and political uprisings, are prompting investors both big and small to seek out investments that promise to protect their portfolios in the event of economic Armageddon.

Инвестиционные профессионалы имеют новую позицию: небо вскоре может упасть.
Пока Греция предпринимала шаг назад от бездны, возможность дефолта остается угрозой. Кризис долга Европы, также как стихийные бедствия и политические перевороты заставляют больших и малых инвесторов искать инвестиции, которые обещают защитить их портфели в случае экономического Армагеддона.

Worried that Greece could go belly up? So-called black swan funds - named for rare and unexpected events - offer a way to profit in the event of a market collapse. Think a slowdown in the United States or China could set off a global economic crisis? New exchange-traded funds are popping up to help pad investor confidence.
Since the financial crisis, many investors have prospered from a rebound in the markets. But recent events have led some to brace for the worst.

Беспокоитесь, что Греция может рухнуть? Так называемые фонды «Черного лебедя», названные из-за редких и маловероятных событий, предлагают заработать на событии рыночного коллапса. Думаете, рецессия в США или Китае могут привести к глобальному экономическому кризису? Новые биржевые индексные фонды растут как грибы, чтобы помочь инвестору обрести уверенность.
Со времени финансового кризиса, многие инвесторы разбогатели на восстановлении рынка. Но последние события указывают на связь с худшим.

"Clients are suddenly realizing the world isn't as rosy as it's been," said Ahmed Fattouh, a hedge fund executive. "It makes a lot of sense to have these tail protections on."
That is, protections against what Wall Street calls "tail risk" - a disaster that is estimated to have less than half a percent chance of happening.
Investors learned about tail risk the hard way. For decades, diversification - spreading holdings across stocks, bonds and other investments - was promoted as the way to protect investments from market crashes. But the financial crisis proved that seemingly unrelated assets could fall in unison. As a result, an increasing number of investors now want protection for financial end times.

«Клиенты неожиданно осознали, что мир не такой розовый, как был раньше» - говорит Ахмед Фатту (Ahmed Fattouh), управляющий хеджевого фонда, «Поэтому имеет смысл держать защиту от
«побочного риска» включенной.
Это как говорят на Уолл-стрит «побочный риск» (tail risk) - катастрофа, которая имеет расчетную вероятность произойти - менее чем 0,5 %.
Урок инвесторам о «побочном риске» был тяжелым. Десятилетиями, диверсификация – разложение активов в акции, облигации и другие инвестиции была провозглашена путем к защите инвестиций от рыночных обвалов. Но финансовый кризис доказал что несвязанные на первый взгляд активы могут упасть в унисон. И как результат, возросшее число инвесторов, которые сегодня хотят защиты от конца света.

These funds and offerings, usually costly and complicated, can be likened to insurance. Investors lose money on them during normal times, but they stand to gain if catastrophe strikes.
Tens of billions of dollars are in such investments, representing a small but growing fraction of the investment word, particularly for a strategy that many investors would have scoffed at five years ago as expensive and unnecessary.
"In the last decade, we saw two stock market crashes, which wiped out any gains for investors over the decade and meant disaster for those who had to take their money out to meet big expenses at market lows," said Zvi Bodie, a professor of finance at Boston University School of Management. That, he said, "has just made the current generation of investors more aware that it is risky even over a decade or more."

Эти фонды и предложения, обычно затратные и сложные, могут рассматриваться как страховка. Инвесторы теряют деньги в обычные времена, но выигрывают в случае разразившегося бедствия.
Десятки миллиардов долларов находятся сейчас в подобных инвестициях, представляя собой небольшую, но растущую долю инвестиционного мира, особенно для стратегии, которую многие инвесторы пять лет назад осмеивали, считая дорогой и ненужной.
«В последнее десятилетие, мы видели два обрушения рынка, которые уничтожили любую прибыль инвесторов на протяжении десятилетия и означали несчастье для тех, что был вынужден вывести свои деньги чтобы выдержать большие потери на рыночных низах, - говорит Зви Боди (Zvi Bodie), профессор финансов в Бостонской Университетской Школе Менеджмента (Boston University School of Management). Это, говорит он, сделало нынешнее поколение инвесторов более осведомленными насчет рисков.

Wall Street lawyers say money manager clients have approached them in recent months about forming new funds aimed at providing protection. Banks like Goldman Sachs are marketing tools engineered to bulletproof investors. Products linked to an index known as the market's "fear gauge" total nearly $2.5 billion. And in the last year, the amount of money managed in dedicated tail-risk accounts by the bond giant Pimco has doubled to $23 billion.

Адвокаты Уолл-стрита говорят, что клиенты денежных управляющих подталкивают их к формированию новых фондов, нацеленных на обеспечение защиты. Банки наподобие Голдман Сакс (Goldman Sachs) – это маркетинговые инструменты, разработанные для пуленепробиваемых инвесторов. Продуктов, связанных с индексом известным как «Индекс страха» (fear gauge), сейчас более 2,5 миллиардов долларов. За последний год, количество денег управляемых облигационным гигантом Пимко (Pimco) на счетах, посвященным побочному риску (”tail-risk”) удвоилась до 23 миллиардов долларов.

Boaz Weinstein, a former trader at Deutsche Bank who lost more than $1 billion of the bank's money during the financial crisis, began raising money for his own Armageddon fund late last year. It has since grown to $400 million of mostly institutional money.
"Some investors after nursing those losses say, 'I'd be much happier in return(=в обмен) for not having that kind of downside to reinvest 1 percent of my portfolio in tail hedging,' " he said.
Investors include big public pensions. Joelle Mevi, the chief investment officer of New Mexico's public employee pension fund, recently presented some tail risk options to her board. "While I wouldn't tend to put a very large allocation there, I believe in having that type of insurance for the funds," she said.

Вооз Вейнштейн (Boaz Weinstein) бывший трейдер ДойчеБанка (Deutsche Bank) который потерял более 1 миллиарда долларов банковских денег в финансовом кризисе, начал привлекать деньги для своего фонда Армагеддона не позднее года назад. Фонд вырос до 400 миллионов долларов в основном институциональных денег.
«Некоторые инвесторы после наличия таких убытков говорят – Я был бы более счастлив, если в обмен на отсутствие такого падения инвестировал 1% моего портфеля в хеджирование от «побочного риска» (tail hedging), говорит он.
Инвесторами являются и большие публичные пенсионные фонды. Джоэль Меви (Joelle Mevi) – Главный инвестиционный директор публичного пенсионного фонда сотрудников штата Нью-Мексико, недавно презентовал Совету директоров некоторые опционы защиты от «побочного риска» (tail risk). «Пока я не собираюсь вкладывать значительные средства в них, но считаю целесообразным иметь такую «страховку» в составе фонда» - сказал он.

But protection does not come cheap and occasionally fails to work. Some say such funds are merely the latest Wall Street fad and may be ineffective because they are designed to protect against the last catastrophe, not the crisis to come.
"I kind of believe that the best way to reduce risk is to take things out of the portfolio, not add them," said Ken Grant, president and founder of Risk Resources.
Although the names tail risk funds and black swan funds are often used interchangeably, they are distinct. Tail risk events are situations that, while conceivable, are highly unlikely based on mathematical modeling. By contrast, a black swan - a concept popularized by Nassim N. Taleb's 2007 book "The Black Swan" - is an event that models fail to predict.

Но защита не становится дешевле и подчас подрывает работу. Некоторые говорят, что такие фонды всего-навсего последняя причуда Уолл-стрита и может быть неэффективна, потому что разработана для защиты против последнего кризиса, а не того кризиса, который вскоре придет.
«Я отчасти верю, что лучший путь снизить риск это вывести активы из портфеля, не добавлять их» – говорит Кен Грант (Ken Grant) – президент и учредитель Risk Resources.
И хотя имена фондов «побочного риска» и «черного лебедя» часто используются как эквивалент друг друга, они различаются. События побочного риска (tail risk)– это ситуации, которые возможны, но весьма маловероятны. Они базируются на математическом моделировании. Напротив, «черный лебедь» - это концепция, популяризованная в 2007 году книгой Нассима Н. Талеба «Черный лебедь» (Nassim N. Taleb "The Black Swan") – событие, которое модели не в силах предсказать.

So how do such Armageddon funds work? Take a situation like the collapse of China's economy, an event considered highly unlikely. While most American investors do not own Chinese stocks, real estate or currency, the fear is that a shock to China would spread to the rest of the world. As the stock markets fell, a tail risk or black swan fund would profit because it owned the options to sell shares in the Standard & Poor's 500-stock index at far higher levels. The more the index dropped, the more valuable those options would become.
At Universa Investments, Mark Spitznagel, a former partner of Mr. Taleb's, has raised more than $6 billion for a fund that is awaiting a market calamity. In the meantime, he acknowledges, it is losing money nearly every day. Part of the reason is that he buys options to sell a given stock in the future for a price below where it is currently trading. If the stock doesn't move, or rises, the option is worthless, and he loses money. But if the share price tanks, he can make substantial profits.

Итак, как работают подобные фонды Армагеддона? Возьмем ситуацию подобно коллапсу китайской экономики – событие считавшееся весьма маловероятным. Пока большинство американских инвесторов не владели китайскими акциями, недвижимостью или валютой, был страх, что крах Китая распространится на весь мир. Если бы биржи упали, фонды «побочного риска" и «черного лебедя» заработали бы, потому что владели опционами на продажу акций из биржевого индекса the Standard & Poor's 500 на гораздо более высоких уровнях. И чем больше индекс упадет, тем более прибыльными были бы опционы.
В «Universa Investments», Марк Шпицнайджел (Mark Spitznagel), бывший партер господина Талеба, привлек более 6 миллиардов долларов в фонд, который ждал рыночной катастрофы. В то же время, он признается, что теряет деньги практически каждый день. Частично потому, что он покупает опционы для продажи акций в будущем по цене ниже той, по которой они торгуются сейчас. Если акции не двинутся или поднимутся – опцион бесполезен и он теряет деньги. Но если они упадут – он сделает значительную прибыль.

Mr. Spitznagel, one of the more experienced doomsday managers, derides those who have jumped into the game recently. It takes a special kind of person to manage these kinds of investments, he says - people capable of slowly taking losses, without losing their composure.
"It takes someone that's a little bit nuts," he said. "I'll do a trade, then say 'This is the best trade I've ever done in my career, but I'm quite sure I'm going to lose money on it.' "
"I understand my payoff and I understand these are very small losses relative to what I know I'm going to make eventually."
Others are raising money to bet against the world. Capula Investment Management has raised some $2 billion, while 36 South Capital Advisors, a London-based fund that returned more than 200 percent during the 2008 crisis, is at $300 million and counting.
Not all investors are sold.
"Tail risk is out there, we all know it's out there, but if you have 20 some hedge funds, you're really looking for strategies that work in the total picture," said Craig Slaughter, who oversees roughly $12 billion as the head of the West Virginia Investment Management Board. "Focusing on tail risk strategies - I'm just a little suspicious. It's a little bit of a sales technique."

Господин Шпицнайджел (Mr. Spitznagel), один из самых опытных менеджеров Судного дня, высмеивает тех, кто вписался в эту игру недавно. Это требует специального черты характера – говорит он, - способности медленно терпеть убытки не теряя уравновешенности.
«Это может свести с ума любого» - говорит он. «Я делаю сделку, потом говорю себе «Это лучшая сделка в моей карьере, но я почти уверен, что я опять потеряю на ней деньги».
«Я осознаю мою цель, и понимаю, что это очень маленькие потери по сравнению с тем, что я намереваюсь заработать в итоге».
Некоторые привлекают деньги, чтобы биться с миром об заклад. «Capula Investment Management» привлек около 2 миллиардов долларов, в то время как «36 South Capital Advisors» - фонд, базирующийся в Лондоне, дал прибыль в 200% во время кризиса 2008 года, is at $300 million and counting.
Не все инвесторы продают.
«Побочный риск» где-то поблизости, мы все знаем, что где-то рядом, но если вы имеете 20 хеджевых фондов, вы реально ищете стратегий которые работают в целом – говорит Крейг Слотер (Craig Slaughter), кто следит за примерно 12 миллиардами долларов в качестве главы West Virginia Investment Management Board. «Фокусировка на стратегиях «побочного риска» - я им немного недоверяю. Это не более чем техника продаж».

Спасибо, Сергею К. за оперативный перевод статьи. Теперь мы точно заработаем на конце света. Вот только, пригодятся ли деньги? СНП




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных